Життя довжиною в дев'ять годин

Что мы знаем
о счастье? Наверное, это самый сложный вопрос, на который не могут найти ответ
лучшие умы человечества. Кому-то понадобятся машина-квартира-и все такое, а
кому-то... всего лишь девять часов, проведенных со своим новорожденным
ребенком. Поразительно, но бывает и так...
Англичанка Катя Роу никогда особенно не
хотела становиться матерью. Просто она и ее муж Шейн Джонсон последние четыре
года жили с мыслью: «А вдруг?» «Вдруг» получилось неожиданно. Врачи сказали:
«Да», и все должно было пойти своим ходом, но...
Как говорит сама Катя: «Наше первое сканирование
было тогда, когда я была на третьем месяце беременности. Все было действительно
восхитительно. Как только мы увидели нашего малыша, мы просто влюбились в него.
Будущее, действительно, выглядело безоблачным».
Но уже на следующем обследовании доктора
забили тревогу. У малыша был неправильно сформирован мозг, и все, что его
ожидало – это тяжелейшая инвалидность. Следующий удар последовал в Детской
больнице Бирмингема, где доктора, в очередной раз просканировав плод пришли к
следующим неутешительным выводам: этот ребенок никогда не сможет ни ходить, ни
говорить, вряд ли он проживет на этом свете дольше пяти лет, и все это время
будет нуждаться в неусыпной, круглосуточной заботе.
Тогда, на 24-й неделе беременности, врачи
предложили Кате сделать искусственные роды. Логично, казалось бы…
Но во время трехмерного сканирования в
режиме реального времени женщина увидела своего малыша на мониторе. Он
улыбался, он пускал пузыри, пинался и смешно размахивал ручками. Он ничем не
отличался от других младенцев, наслаждающихся жизнью в материнской утробе. И
тогда Катя приняла нелегкое решение идти во что бы то ни стало до конца. Как ни
поразительно, но материнский инстинкт проснулся в ней именно в этот момент.
Позже она скажет: «Если он мог смеяться,
играть и что-то чувствовать, несмотря на свою «особенность», если он хотел жить
и радоваться этому, пусть и недолго, как я могла ему отказать?! В тот момент я
поняла — неважно, сколь долгим будет счастье моего ребенка. Оно будет, а
остальное неважно».
Катя и Шейн принялись готовиться к важному
событию. Обставили детскую. Катя изучила все, что могла, относительно болезни
ребенка и старалась предвосхитить любые его нужды. «Он рос, он толкался внутри
меня, и несмотря на то, что еще не появился на свет, у него уже были свои
предпочтения», - вспоминает она. Например, малыш полюбил… душ. Всякий раз,
когда Катя направляла струю воды себе на живот, он начинал шевелиться – она
чувствовала, что сын радуется. Чувствовала она и реакцию некоторых людей на
свое поведение. Многие считали ее странной… «Но если меня обуревали какие-то
сомнения насчет того, правильно ли я поступаю, я брала в руки «портрет»
будущего сына – фотографию того самого трехмерного сканирования, где он
улыбается – и понимала, что права».
Последние полтора месяца беременности оказались
очень мучительными для Кати. Из-за своих нарушений будущий ребенок не мог
заглатывать околоплодные воды и его матери проходилось ежедневно проходить
болезненные процедуры их откачки. «Это был настоящий кошмар, - вспоминает она,
- но передо мной и тогда не вставал вопрос, стоит ли так мучиться ради ребенка,
который проживет на этот свете совсем мало. Любая мать сделает все возможное
для своего малыша, а я приступила к выполнению материнских обязанностей с того
самого момента, как узнала о своей беременности».
Мальчик появился на свет 23 октября прошлого года
в больнице Royal Shrewsbury, и сразу попал под
неусыпный надзор медиков в отделении патологии новорожденных. Катя говорит: «Я
была готова к тому, что мне его не покажут сразу, как обычным молодым
родителям, но не могла предположить того, что случится», - говорит Катя.
Спустя несколько минут к ней в палату
ворвались акушерки. «Скорее! Он умрет с минуты на минуту!»
Они с мужем заранее приняли решение, что
предоставят Лукиану (так назвали сына еще до рождения) право на выбор. Если он
«решить» жить, значит, так тому и быть. Если не захочет задерживаться на этом
свете, они не станут подвергать его сложным медицинским мероприятиям и
поддерживать в нем жизнь искусственно. Лукиан умер спустя девять часов после
своего рождения.
Катя говорит: «Любовь, которую я испытала в тот
момент, когда взяла сына на руки, не сравнится ни с чем. Это самое главное, что
может быть в судьбе женщины. Это, вообще, единственное, ради чего стоит жить. И
этому меня научил Лукиан. Я всегда буду благодарна своему сыну за это».
По материаламhttp://www.dailymail.co.uk
Денис СЕМЕНОВ

Що ми знаємо про
щастя? Напевно, це найскладніше питання, на яке не можуть знайти відповідь кращі розуми людства. Комусь знадобляться
машина-квартира-і все таке, а комусь... всього лише дев'ять годин, проведених
зі своєюновонародженоюдитиною. Вражаюче, але буває і так ...
Англійка Катя Роу
ніколи особливо не хотіла ставати матір'ю. Просто вона та її чоловік Шейн Джонсон останні
чотири роки жили з думкою: «А раптом?» «Раптом» вийшло несподівано. Лікарі
сказали: «Так», і все повинно було піти своїм ходом, але...
Як говорить сама
Катя: «Наше перше сканування було тоді, коли я була на третьому місяці
вагітності. Все було дійсно чудово. Як тільки ми побачили нашого малюка, ми
просто закохалися в нього. Майбутнє, дійсно, виглядало безхмарним».
Але вже на наступному
обстеженні лікарізабили тривогу. У малюка був неправильно сформований мозок, і все, що його
чекало - це важка інвалідність. Наступний удар послідував в Дитячій лікарні
Бірмінгема, де лікарі,
в черговий раз відсканувавши плід прийшли до наступних невтішних висновків: ця
дитина ніколи не зможе ні ходити, ні говорити, навряд чи вона проживе на цьому світі довше п'яти
років, і весь цей час буде потребувати цілодобової турботи.
Тоді, на 24-му тижні
вагітності, лікарі запропонували Каті зробити штучні пологи. Логічно, здавалося
б...
Але під час
тривимірного сканування в режимі реального часу жінка побачила свого малюка на
моніторі. Він посміхався, він пускав бульбашки, штовхався і смішно розмахував ручками. Він
нічим не відрізнявся від інших немовлят, що насолоджуються життям в
материнській утробі. І тоді Катя прийняла нелегке рішення йти до кінця. Як не
вражає, але материнський інстинкт прокинувся в ній саме в цей момент.
Пізніше вона скаже:
«Якщо він міг сміятися, грати і щось відчувати, незважаючи на свою «особливість», якщо він хотів жити і
радіти цьому, хай і недовго, як я могла йому відмовити?! У
той момент я зрозуміла - неважливо, наскільки довгим буде щастя моєї дитини.
Воно буде, а інше неважливо».
Катя і Шейн взялися
готуватися до важливої події.
Обставили дитячу. Катя вивчила все, що могла, щодо хвороби дитини і намагалася
передбачити будь-які його потреби. «Він ріс, штовхався всередині мене, і
незважаючи на те, що ще не з'явився на світ, у нього вже були свої переваги», -
згадує вона. Наприклад, малюк полюбив... душ. Щоразу, коли Катя направляла струмінь
води собі на живіт, він починав ворушитися - вона відчувала, що син радіє.
Відчувала вона і реакцію деяких людей на свою поведінку. Багато хто вважав її
дивною... «Але якщо мене охоплювали якісь сумніви щодо того, чи правильно я дію, я брала в руки «портрет» майбутнього сина - фотографію того
самого тривимірного сканування, де він посміхається - і розуміла, що права».

Останні півтора
місяці вагітності виявилися дуже болісними для Каті. Через порушення майбутня дитина не могла заковтувати
навколоплідні води і його матері доводилолся щодня проходити болісні процедури їх
відкачування. «Це був справжній жах, - згадує вона, - але переді мною і тоді не
поставало питання, чи варто так мучитися заради дитини, яка проживе на цьому світі зовсім мало. Будь-яка мати
зробить усе можливе для свого малюка, а я приступила до виконання материнських
обов'язків з того самого моменту, як дізналася про свою вагітність».
Хлопчик з'явився на
світ 23 жовтня минулого року в лікарні Royal Shrewsbury, і відразу потрапив під24-годинний нагляд медиків у
відділенні патології новонароджених. Катя говорить: «Я була готова до того, що
мені його не покажуть відразу, як звичайним молодим батькам, але не могла
припустити того, що трапиться», - каже Катя.
Через кілька хвилин
до неї в палату ввірвалися акушерки. «Швидше! Він помре з хвилини на хвилину!»
Вони з чоловіком
заздалегідь ухвалили рішення, що нададуть Лукіану (так назвали сина ще до
народження) право на вибір. Якщо він «вирішить» жити, значить, так тому і бути. Якщо
не захоче затримуватися на цьому світі, вони не стануть піддавати його складним
медичним заходам і підтримувати в ньому життя штучно. Лукіан помер через дев'ять
годин після свого народження.
Катя говорить:
«Любов, яку я відчулав той момент, коли взяла сина на руки, не зрівняється ні з чим. Це
найголовніше, що може бути у долі жінки. Це, взагалі, єдине, заради чого варто
жити. І цьому мене навчив Лукіан. Я завжди буду вдячна своєму синові за це».
За матеріалами http://www.dailymail.co.uk
Денис СЕМЕНОВ