Помните анекдот о том, как Мичурин получил сотрясение мозга? Полез на дуб за арбузом – а тот ему на голову упал. Шутки шутками, а этот анекдот в чем-то описывает страхи приемных родителей перед наследственностью. Ведь в самом деле – ребенок-то зачат и рожден, а может быть, и воспитывался несколько лет другими людьми. Неизвестно еще какими. А если известно – тем страшнее, потому что чаще всего люди эти не отвечают нашим представлениям о «хорошей семье». Так что приемный ребенок в известном смысле «арбуз на дубе». А ну как сорвется с неродной ему ветки – да по голове?
Плохая наследственность» – самое распространенное, практически универсальное объяснение любых трудностей, возникающих в процессе воспитания приемного ребенка. И самое опасное. Потому что «наследственность» – то, что изменить нельзя. То, что не дает шанса ни ребенку, ни родителям, заставляет их опускать руки и отчаиваться, а не решать проблемы. То, что их разделяет, словно отметая и обесценивая все то, что было прожито и пережито вместе. Объяснение это звучит очень убедительно, поскольку наукообразно. Генетика! Серьезная наука. Да и традиция говорит о том же: яблоко от яблони, как известно… Со всех сторон получается: гены – это серьезно. От них не отмахнешься. Давайте не будем отмахиваться, а попробуем разобраться.
«Наследственность» – это в буквальном смысле то, что досталось нам в наследство от родителей и других предков. То, с чем мы пришли в мир. Кому уж как повезло, помните, как в сказке: одному мельница, другому ослик, третьему – кот. Одному отсыпано щедрой горстью здоровья, красоты, способностей, на другом предки и природа сэкономили. Несправедливо, конечно. Но так уж есть. И, как в той же сказке, еще неизвестно, кому повезло. Достаточно сравнить судьбу красивой, яркой и талантливой, но очень несчастной Мэрилин Монро с судьбой какой-нибудь «серой мышки» по природным данным, которая прожила долгую и счастливую жизнь в окружении близких и любящих людей.
«Наследство» – это лишь шанс, «начальный капитал» нашей жизни. Дальнейшее зависит от того, как этим капиталом распорядится наша судьба. Например, цвет волос человека задан генами, но будут ли чистые, красиво подстриженные волосы радовать глаз, или они будут мотаться противными грязными патлами, зависит только от обстоятельств жизни и от самого человека. Рост: высокий, средний или низкий – заложен в генах, но если ребенка плохо кормить, он не наберет и того, на что был бы способен от природы.
Есть часто цитируемая древняя молитва, в ней просят бога помочь изменить то, что можно изменить, принять то, чего изменить нельзя, и дать мудрость, чтобы отличить одно от другого. Собственно, это и есть универсальная формула отношения к генам. Лучше все равно не скажешь.
Вот, например, темперамент. Генетически обусловленная особенность нервной системы. Воспитывай – не воспитывай, вспыльчивый как порох и стремительный в мыслях и действиях холерик никогда не превратится в основательного тугодума-флегматика. Робкий меланхолик не станет общительным неунывающим сангвиником. И наоборот тоже. Темперамент не выбирают – с ним рождаются и живут. Каждый из них имеет свои особенности, свои плюсы и минусы, и каждый из них позволяет человеку найти себя в жизни. Трудности начинаются тогда, когда темперамент ребенка оказывается неприемлем для родителя. Как бы ни была сильна любовь к ребенку, для мамы-холерика пыткой станет процедура утренних сборов ее сына-флегматика, а для папы-меланхолика – прогулка по парку с беспрестанно болтающей и дергающей его дочкой-сангвиником. Родителя-флегматика будет раздражать сын-холерик, перескакивающий в разговоре с пятого на десятое, бросающий одно дело и начинающий другое, порывисто носящийся по дому, а вокруг во все стороны летят тапки, винтики, чашки с молоком, карандаши и обертки конфет.
Забавно, но именно на изменение того, что изменить невозможно, тратится множество нервов и педагогических усилий! То есть это было бы забавно, если бы не было так мучительно для ребенка. Когда ему говорят «Быстрее!», или «Угомонись наконец!», или «Будь смелей!», а он НЕ МОЖЕТ… Причем говорит не кто-нибудь, а самый близкий, самый важный человек, мама или папа, да еще недавно обретенные. И таким злым-презлым го- лосом. Только поставьте себя на его место! Естественно, ребенок впадает в стресс, а дальше происходит… Что? Очень просто – проявления темперамента усиливаются. Копуша зависает окончательно, торопыга становится еще более дерганным, робкий пугается насмерть… Родитель заходится в гневе: не иначе ребенок просто издевается! Тот пугается еще больше. И так по спирали.
В тяжелых случаях, когда темпераменты у взрослого и ребенка выражены очень ярко, последствия оказываются порой весьма плачевными. Ребенка-флегматика могут посчитать слабоумным, холерика – довести замечаниями и одергиваниями до агрессии и потом уже невзлюбить «за дело», а меланхолика довести до глубокого убеждения в собственной никому ненужности и отверженности.
Вот что бывает, если бороться с генами, или «пытаться изменить то, что следует принять». Нельзя относиться к генетически заложенным проявлениям нервной конституции человека как к сознательным поступкам, к умышленным – и даже злоумышленным – действиям. Конечно, слишком острые проявления темперамента можно и нужно корректировать: можно помочь ребенку-холерику сдерживаться, а ребенка-флегматика научить не опаздывать в школу. Но это получится, только если сначала родитель примет ребенка таким, какой он есть, перестанет злиться и предъявлять ему нереалистичные требования.
Интересная ситуация складывается со способностями. Как вы думаете, что в большей мере обусловлено генами, а что – условиями развития: способности к математике или к творчеству, например, рисованию или музыке? На первый взгляд кажется: математикой надо заниматься больше и с раннего возраста, тогда и способности разовьются. А песни петь или хорошо рисовать – родиться с таким талантом надо!
Оказывается, все наоборот. Творческие способности лишь наполовину определяются природными задатками, а на вторую половину зависят от того, сколько и как с ребенком занимаются, а интеллектуальные способности в большей степени обусловлены наследственностью. Что оборачивается часто испытанием для приемных родителей – сколько с ребенком ни бьются, ни занимаются, а он по математике, химии, физике едва тянет школьную программу на «тройки». А в семье до пятого колена все с дипломами приличных вузов! При сверхценности образования, которая до сих пор принята в нашем обществе, пережить такое нелегко. Но ребенку, конечно, приходится еще труднее. Представляете, каково это – чувствовать, что в тебе разочарованы, что ты «не тот», «не такой», «не наш»? И все из-за этих идиотских примеров! Вы все еще удивляетесь, что ваш приемный сын так ненавидит алгебру?
Очень важно, чтобы родители были способны принять ограничения ребенка и нашли для него другую сферу успеха. Совсем ни к чему не способных детей не бывает! Пусть рисует, поет, пляшет, занимается спортом, мастерит – главное, чтобы было дело, в котором ребенку все удается, за которое его хвалят, им восхищаются. Тогда и неудачи с математикой можно пережить. Один приемный папа, которому завуч гневно выговаривала: «Ваш ребенок не тянет программу! Он не сдаст ЕГЭ! У него, наверное, вообще умственная отсталость! Куда он у вас пойдет – в автослесари?» - спокойно ответил: «Да, и это будет лучший автослесарь в округе. Приходите – обслужим со скидкой!». Если родитель не «сдает» ребенка, не ставит ему в вину его ограничения, все не так страшно. Большинству людей не потребуются в жизни 80% знаний из школьной программы. А вот вера в себя и уверенность, что близкие всегда тебя поддержат, нужны каждому.
С другой стороны, гены – это в большой степени лотерея (кстати, и в случае с родными детьми тоже). А вдруг ваш приемный ребенок наделен от природы талантами и качествами, которые в вашей семье не представлены? Главное – не прозевайте!
Но, пожалуй, самый-самый страх, связанный с генами – это страх генетически обусловленной алкогольной зависимости. Что ж, у него есть основания. Примерно у половины жителей нашей страны, считающих себя русскими, в жилах течет какое-то количество финно-угорской крови. А значит, есть генетически определенная особенность обмена веществ, из-за которой алкогольная зависимость потенциально может развиться легче и быстрее, чем у других народов. Поэтому, например, правительство Финляндии уделяет так много внимания антиалкогольной пропаганде и даже ограничивает продажу спиртного. Там-то эта генетическая особенность есть у всех поголовно. Но является ли каждый второй из ваших знакомых, соседей, друзей алкоголиком? К счастью, нет. Наводят ли уютные ухоженные города Финляндии на мысль о какой-то особой алкоголизации населения? Тоже нет. Кстати, в этой стране – одна из лучших систем школьного образования в Европе, и туда ездят изучать и перенимать опыт специалисты из множества стран мира. Как видим, генетически обусловленная склонность к возникновению зависимости – еще не есть зависимость.
Пьют люди не от генов. Пьют от одиночества, тоски, бессмысленности жизни. Иногда так спиваются целые семьи и деревни. Только гены тут ни при чем. Это общая судьба, а не общая наследственность. В этих же семьях и деревнях всегда находятся люди, которые решительно отказываются следовать по наклонной плоскости вниз. Хотя гены имеют те же самые. И наоборот: практически в любой, даже самой культурной и благополучной семье, среди предков были люди, страдавшие зависимостями, тем же алкоголизмом. Значит ли это, что все их потомки обречены?
Здесь больше стоит опасаться другого: если приемные родители очень уж боятся «плохих генов», часто вступает в действие механизм «самосбывающегося пророчества». Все время помня об опасности, они смотрят на ребенка как на бомбу замедленного действия, постоянно ждут, что «сейчас начнется». И когда он, как всякий подросток, в один не очень прекрасный день впервые в жизни действительно напивается, они не просто сердятся – их накрывает волна ужаса и гнева. Они реагируют столь бурно, а главное – с таким отвращением, словно увидели у себя в доме «чужого» из фильма ужасов. А приемный ребенок всегда очень болезненно переносит отвержение. И очень быстро обычные «разборки» с подростком могут перерасти в затяжной конфликт, в тяжелую взаимную ненависть, в крушение отношений. С точки зрения родителей виноваты во всем будут, конечно, гены…
Подводя итоги, можно сказать вот что. Бояться генов, с одной стороны, естественно – ведь они не в нашей власти, с другой, бессмысленно – по той же самой причине. Отрицать их наличие тоже нет смысла – стремление «обтесать» ребенка под себя, игнорировать все его отличия от нас ничем хорошим не кончается.
Не позволяйте себе мыслей о «наследственной» испорченности и порочности, не снимайте ответственности ни с себя, ни с ребенка за тот выбор между добром и злом, счастьем и несчастьем, который он сделает в жизни. Давайте помнить, что гены – это всего лишь наследство. Как мы научим ребенка им распоряжаться, и как он сможет усвоить нашу науку – вот гораздо более важные вопросы. Можно и мельницу проиграть в карты, а с одним сереньким котиком превратиться в маркиза и зятя короля.
Самое главное в жизни – желание и умение работать, вера, ценности, способность любить и заботиться - уж точно не от наследственности зависит.
Кстати, об арбузе: история про него вовсе не такая грустная, как кажется на первый взгляд. Во первых, дуб хорошо справился со своими (родительскими) обязанностями: арбуз, судя по всему, был увесистым и наверняка спелым. Во-вторых, сам арбуз, между прочим, против дуба ничего не имел. Может быть, он как раз не хотел, чтобы его срывали? Ведь им так хорошо было вместе!
И вам пусть будет.

Источник: Журнал «Мамонтенок» № 12/2009 - 02/2010

Людмила Петрановская, семейный психолог, специалист по семейному устройству

скачать шаблоны для dle 10.3Финансовый портал как заработать на forex

Ты можешь помочь, не оставайся равнодушным!

Пожертвовать Волонтерство гуманитарка Установить копилку

© Благотворительный фонд «Помогаем» 2014 Автор в Google+