Так устроена наша жизнь, что воспитание детей считается «общим делом». Частично это особенности национальной культуры — скажем, иностранцев шокирует, что у нас в стране незнакомые люди могут подойти к маме, гуляющей с ребёнком, и сделать ей выговор, что он слишком легко одет. Частично — наследие советского времени, когда дети искренне считались собственностью государства, а не своих родителей.
Сказывается и веяние времени — приходится признать, что тенденция всё большего вмешательства государства в частную жизнь семей сейчас имеет общемировой характер. Это оборотная сторона системы социальной помощи и поддержки.

Родитель, постоянно находящийся «под колпаком», чувствует себя скованно, неуверенно. Вокруг постоянно есть наблюдатели: соседи, учителя, органы опеки. Каждый, кому не лень, смотрит со стороны на процесс и результат воспитания и судит, судит, судит. Иногда по душевной склонности, иногда по служебной обязанности. Особенно это касается приёмных родителей — ведь для них кроме неофициального контроля социума есть ещё и вполне официальный контроль со стороны органов опеки, которые оценивают работу приёмных родителей по множеству формальных оснований (чистота одежды, посещение врачей, успехи в школе) и при этом часто вовсе не берут во внимание ни характер отношений с ребёнком, ни привязанность, ни те изменения в эмоциональном состоянии ребёнка, которых удалось добиться его новой семье. Это тяжело, несправедливо, обидно.

Семья получает ребёнка, серьёзно пострадавшего в результате жизни в неблагополучной семье и в учреждении, и уже со второго дня устройства от неё ждут результатов и меряют ребёнка меркой обычных семейных детей. А он может при приближении взрослого начинать кричать «Не надо меня бить!», хотя его никто и пальцем не трогал. Или из-за аутоагрессии по сто раз на дню обжигаться, ударяться и резаться. Или прятать куски еды под подушку или в карманы школьной формы. Или не спать ночами, кричать и раскачиваться. Львиная доля родительского стресса — это стресс, вызванный «третьим», наблюдающим и оценивающим. Возможно, сам родитель реагировал бы гораздо спокойнее — что-то переждал, что-то не заметил, к чему-то просто притерпелся. Но «третий» обычно ни ждать, ни терпеть не намерен. Ему нужно, чтобы с сиротой «всё было хорошо». И прямо сейчас. Чтоб был без синяков, чистый и соблюдал режим дня. И если что не так — вы плохие родители.

Ситуация 1. Оксана — приёмная мама троих детей: двух мальчиков и девочки, уже девушки. Дочь учится на мастера нейл-арта (художественного маникюра). И тренируется на маме — на ком же ещё? Почти каждый день по вечерам Оксана предоставляет ей в распоряжение свои ногти. И вот Оксана пришла поговорить с директором школы о проблемах своих мальчиков. Пришла она не с первого вызова, не смогла в прошлый раз отпроситься с работы. На следующий день директор позвонила в опеку и возмущённо сказала, что у Оксаны нет времени в школу прийти, а вот ходить по салонам красоты и делать «навороченные ногти» время есть.

Ситуация 2. Шестилетняя Полина попала в приёмную семью вскоре после изъятия из кровной семьи. Там девочку плохо кормили, у неё почти не было одежды, мама пила, но дочку по-своему любила, не обижала, и Полина была очень к ней привязана. Когда девочку забирали, она плакала и потом ещё долго горевала. Но сейчас уже успокоилась, привязалась к приёмным родителям, повеселела.

Через полгода жизни Полины в семье к ним пришла с проверкой та самая сотрудница опеки, которая проводила изъятие. Она ласково поздоровалась с девочкой, спросила, как дела, но Полина грубо толкнула её, прокричала: «Уходи!», убежала и спряталась. Сотрудница опеки была шокирована и строго выговорила приёмным родителям за то, что они за полгода не научили ребёнка элементарной вежливости.

Это очень серьёзная проблема. Решить её в обозримом будущем вряд ли получится, но нужно хотя бы осознавать подлинные причины своего состояния, своих острых реакций на поведение ребёнка. И там, где можно, смягчать стресс от присутствия «третьего».

Когда-то можно просто махнуть на него рукой, вспомнив народную мудрость — «на каждый чих не наздравствуешься». Это касается прежде всего дальних родственников, доброхотов в транспорте и на детской площадке и прочих случайных людей. Отмахиваться от близких, соседей или значимых в жизни ребёнка людей (учителей, врачей) не стоит, с ними лучше постараться выстроить отношения.
Можно попробовать сделать взгляд «третьего» более доброжелательным, например, побольше рассказать учителю о ребёнке, о том, как многого уже удалось достичь, как ребёнок старается и меняется к лучшему. В ответ на обвинения в адрес ребёнка и рассказы о его «ужасном» поведении не оправдывайтесь и не бросайтесь спорить, а восхищайтесь терпением педагога, сочувствуйте его нелёгкому труду и выражайте твёрдую уверенность, что такой опытный профессионал, конечно, справится с любой проблемой.

Часто помогает вовлечение «третьего» в решение проблем — не всё ж ему наблюдать и оценивать, ничего не делая! Например, если вы чувствуете, что назревает конфликт с детским садом и возможны жалобы воспитателей директору или в опеку, сами пойдите к начальству за советом — как быть, ребёнка не принимают? Если на вас «наезжает» опека — не обороняйтесь, наоборот, советуйтесь, задавайте вопросы, записывайте. Пусть подскажут, к какому специалисту обратиться, что почитать, куда сходить. Заглянул сосед с возмущённым вопросом: «Что это он у вас так орёт, вы его бьёте, что ли?» — поясните, что нет, это вы так уроки делаете, и спросите, как у него с математикой и не хочет ли он помочь.
Наконец, бывают ситуации, когда «третьего» надо просто поставить на место. Вежливо, но твёрдо. Вашего права на частную жизнь никто не отменял. Оно, кстати, защищено законом, пусть недостаточно хорошо, но всё-таки. В крайнем случае, можно и в суд обратиться.

Ситуация 3. У восьмилетнего Паши проблемы в школе. Он невнимателен, слишком подвижен, не может сосредоточиться, крутится, всё роняет, мешает учителю, хотя со способностями всё в порядке и учится он в целом неплохо. Пытаясь заручиться поддержкой учителя, Валентина, приёмная мама Паши, объяснила ей, что Паша не так давно из детского дома, у него синдром гиперактивности, и он сидеть смирно просто не может — даже если очень старается. Однако результат получился обратный. Учительница отреагировала неприязненно, хотя прямо ничего не сказала. Зато рассказала о прошлом Паши активисткам из родительского комитета, с ними же стала постоянно вести разговоры о том, как Паша мешает всем детям, тянет класс назад. Самые маловоспитанные из «активисток» дошли до того, что прямо в лицо Валентине говорили что-нибудь вроде «зачем вам это было надо? почему из-за вашего ребёнка с неизвестно какими генами должны страдать наши дети? зачем было брать ребёнка, если вы не в состоянии его дисциплинировать?». Она расстраивалась, переживала, не знала, что делать.

Однажды Валентина пришла в отдел опеки за какой-то справкой. Знакомая сотрудница, которая в своё время устраивала к ней Пашу, спросила, как у них дела. И тут Валентина просто расплакалась. После её рассказа возмущённая инспектор тут же набрала телефон районного отдела образования и высказала всё, что она думает о подобном непрофессионализме и о фактической травле приёмного ребёнка в школе. Валентина была в ужасе, она думала, что всё кончено, теперь Пашу затравят окончательно и вынудят уйти из школы. Однако, к её изумлению, в тот же вечер ей позвонила завуч по воспитательной работе, извинилась от лица всего педколлектива, рассказала, что учительница Паши ещё неопытная, впервые взяла детей с первого класса, и заверила, что больше такого не повторится. Предложила обращаться в любое время и обещала прийти на ближайшее собрание, поговорить с родителями. Что и сделала. После чего, как ни странно, жизнь стала налаживаться. Конечно, «активистки» продолжали смотреть на Валентину косо, но другие родители её поддержали, и некорректных высказываний в адрес ребёнка больше не было. Учительница, может быть, и была обижена, но внешне никак этого не проявляла, и от позиции «активисток» отмежевывалась. А со временем и с Пашиным поведением стала справляться лучше.

Имейте в виду, что существует профессиональное правило соблюдения конфиденциальности. Учителя, врачи, сотрудники опеки не имеют права обсуждать поведение, прошлое, особенности вашего ребёнка и вашей семьи в ситуациях, не связанных непосредственно с выполнением их профессиональных обязанностей. А также разглашать информацию, которая может нанести ребёнку моральный ущерб. Об этом можно напомнить, например, классному руководителю, который очень уж любит обсуждать поведение вашего ребёнка публично, на родительском собрании или в частных разговорах с другими родителями.
Но и сами соблюдайте требование конфиденциальности, не рассказывайте о травматичных событиях прошлого ребёнка или о его проблемах (таких, как энурез), никому, кого это прямо не касается, даже своим близким друзьям. Не приобретайте без необходимости «третьих», даже если они кажутся доброжелательными. Из лучших побуждений можно тоже причинить немалый вред.

Самый коварный «третий» — не реальный человек, а образ из прошлого самого родителя. Например, слишком критичная мама, которая всё детство повторяла: «Как ты своих детей растить будешь, такая безответственная!». Имея такого строгого судью внутри самого себя, родитель при столкновении с трудным поведением «проваливается» в чувство собственной некомпетентности и оказывается совершенно беспомощным. Часто в таких ситуациях он срывается на крик и обвинения, поскольку очень злится на своего «третьего», а ребёнок просто попадает под руку. Коварство в том, что это не всегда осознаётся — родитель просто считает себя «несдержанным», «психованным», а это, в свою очередь, добавляет вины и неуверенности. Справиться с виртуальным «третьим» бывает непросто, ведь это обычно фигура очень близкого и значимого человека, который когда-то был для нас самым большим авторитетом. На него не подашь в суд, его не сменишь, как плохого учителя. С ним придётся договариваться.

Внимание! Если вы подозреваете, что ваш «третий лишний» — ваш собственный родитель, и не чувствуете в себе сил справиться с этой проблемой самостоятельно, имеет смысл индивидуально поработать с психологом.

Когда «третий» обретает слишком большое влияние в отношениях между родителем и ребёнком, родитель невольно начинает общаться и выяснять отношения скорее с ним, чем с собственным чадом. Собственно, в этом и есть главная опасность «третьего», будь он реальным или виртуальным. Такое происходит, например, при болезненных разводах с делёжкой детей. Сам ребёнок становится лишь поводом, средством, чтобы в чем-то убедить «третьего», что-то ему доказать или отомстить. Или родитель, испытывающий сильную неприязнь к учителю своего ребёнка, может утрировать трудности ребёнка, неосознанно используя их как доказательство некомпетентности педагога. Естественно, ребёнок будет подыгрывать родителю, так же не вполне осознанно, и его трудности будут только нарастать.

Понятно, что пока родитель находится в диалоге не со своим ребёнком, а с кем-то посторонним, он никак не может ни понять ребёнка, ни изменить его поведение. Сам же ребёнок при этом чувствует себя несчастным, лишним, он не понимает сути кипящих страстей и почему родитель так зол на него. Ведь он не знает, что на самом деле тот злится вовсе не на него. При этом ребёнок обычно прекрасно чувствует, что его самого, как человека, в этом конфликте как бы нет — он только повод, тема, средство выяснения отношений. Это воспринимается ребёнком как предательство и ранит очень больно. Есть риск, что в дальнейшем ребёнок усвоит манеру обращаться с близкими как с объектами и начнёт манипулировать ими для достижения своих целей, ловко стравливая их между собой.

Осознайте, насколько важную роль в ваших отношениях с ребёнком играет «третий». Не слишком ли много значения вы придаёте мнению посторонних, не накручиваете ли себя? Что можно сделать, чтобы ослабить контроль со стороны или сделать его более дружественным? Возможно, стоит объяснить самому ребёнку, почему вы так нервничаете и что стоит на кону? Или давно пора поблагодарить строгого внутреннего оценщика за заботу и отправить на заслуженный отдых? Оставшись с ребёнком наедине, вы справитесь с проблемами лучше и быстрее.

Людмила Петрановская, педагог-психолог, специалист по семейному устройству

скачать шаблоны для dle 10.3Финансовый портал как заработать на forex

Ты можешь помочь, не оставайся равнодушным!

Пожертвовать Волонтерство гуманитарка Установить копилку

© Благотворительный фонд «Помогаем» 2014 Автор в Google+