Я знаю Настю не слишком долго. Кажется, я познакомилась с ней на занятиях в школе больничных клоунов. Я должна была написать об этой школе статью. Настя там была, по-моему, самой способной ученицей. Надеть на лицо совершенно искреннюю улыбку ей было еще проще, чем клоунский нос на резинке.

 

С ней легко смеяться и легко говорить серьезно. Знаете, есть люди, с которыми вообще очень легко. Не потому, что они легкомысленны. Наоборот, они тонко чувствуют людей и хорошо знают жизнь, включая самые темные ее стороны. Все знают, все понимают, но не озлобляются, не надевают трагических масок. Короче, Настя чудесный человек и отличный собеседник.

 
 

«Все началось, когда я нашла свою первую работу. Мне платили 300 гривен, как сейчас помню. И десятую часть своей зарплаты я откладывала, долго, кажется, год или два. Зарплата росла, накопилось 5000 гривен. Тогда я стала узнавать, где в городе есть онкобольные дети. Как ни странно, это оказалось не так легко выяснить, даже знакомый из исполкома не смог мне помочь. А потом я наткнулась на сайт donor.org.ua. Вышла на двух больных девочек из Днепра - Дашу и Софию. Мама одной из них дала мне телефон волонтера, который приезжал к детям в онкологию рисовать с ними. Конечно, и я загорелась заниматься тем же – я ведь архитектор по образованию, сам Бог велел, как говорится… Полгода я ездила в больницу рисовать, потом видя постоянную острую нужду родителей в материальной помощи, решила попробовать помочь.

Мы организовали выставку детских рисунков в театре Горького. Собрали 20 тысяч гривен, и еще 20 тысяч дала одна женщина на инфузионный насос для больницы.

С тех пор стала заниматься сбором средств. Потом наступил период, месяца три, когда стало совсем тяжело, и я перестала этим заниматься. А потом Андрей позвал меня сюда…»

 
 

«Сюда» - это в Днепропетровскую областную благотворительную организацию «Сияние радуги». Отец Андрей – ее руководитель. А еще священник и приемный отец девятерых детей. «Сияние радуги» началось всего 4 года назад с группки волонтеров, помогавших малышам-отказникам в детских больницах, и, с другой стороны, нескольких приемных родителей, желавших создать клуб себе подобных, чтобы обмениваться опытом и поддерживать друг друга. Сейчас организация выросла и окрепла так, что даже не верится. И продолжает развиваться. Действуют программы: «Здоровый ребенок» - поддержка тяжелобольных детей и отказников, детских медицинских учреждений; «Центр поддержки семьи» - поддержка приемных семей, детских домов семейного типа, помощь в социальной адаптации выпускников государственных интернатов, поддержка семей, оказавшихся в сложных жизненных обстоятельствах; «Мне нужна семья!» - содействие развитию семейных форм воспитания детей-сирот и детей, лишенных родительской опеки; «Волонтерский центр» - привлечение, подготовка волонтеров и организация волонтерской деятельности.

Настя, конечно, отвечает за все проекты, касающиеся тяжелобольных деток.

 
 

«Сейчас я не так часто общаюсь непосредственно с детьми. С детскими больницами давно налажен контакт: они звонят и просят расходные материалы и лекарства, в которых есть срочная нужда. Иногда, редко, просят что-то для конкретного ребенка, описывают ситуацию. Я заказываю медикаменты и расходники, преимущественно в тех аптеках, где у нас есть хорошая скидка. Оборудование чаще всего закупаем там, куда нас направит больница.

Общаюсь, случается, с тяжелобольными детьми, которых постоянно курирует наш фонд, с больными ДЦП, например. Их я чаще всего знаю, да. Онкобольных детей много знаю. В январе умер один из них, Саша. Я как-то особенно была к нему привязана. Он был такой… настоящий мужчина. Это всегда было видно, трудно даже объяснить, в чем проявлялось. Я говорила ему: «Ты когда вырастешь, за тобой барышни табуном будут бегать». На последний Новый год спонсоры принесли всем подарки – конфеты, конечно. Саша обрадовался, благодарил, шутил, что сестренка будет воровать конфеты. А потом, когда гости вышли, признался, что вообще не любит сладкое и не ест конфеты.

Ему было очень плохо последнее время. Когда заканчивалось действие укола, а до следующего было полчаса-час, Сашке туго приходилось. Придешь к нему, а он скулит тихонечко, и стыдно ему за то, что не может скрыть свою боль. Я не была у него на похоронах. Была встреча в тот день, да и тяжело было морально…

Переживаю ли я, когда не удается собрать деньги на срочное лечение? Я в последнее время сделала такой для себя вывод: если деньги должны быть – они будут. Нам вот к концу недели нужно отправить в Трускавец троих деток с ДЦП. А денег практически нет. Они лежат на счетах других деток, которым лечиться нужно гораздо позже. Но воспользоваться ими для «срочников» я не имею права. Вот летом положили 1000 гривен для отказников больницы №3. А нужд у больницы не было – до самого января. Полгода эта сумма бессмысленно болталась в воздухе. Поэтому мы и просим переводить денежку на проект, а не для конкретного ребенка или конкретной больницы… Так вот, о «срочниках». Пришла в начале недели женщина и принесла 500 долларов. И вчера - другая, с такой же суммой. Без звонка и предупреждения. Просто прочитала на сайте мой «крик» о помощи и принесла. Отказалась даже назвать фамилию. Есть у нас постоянный жертвователь Андрей. Он собирает деньги, а потом раз в 2-3 месяца приносит крупные суммы. И знаешь, когда совсем как-то плохо, с утра все пошло не так, да еще в маршрутке кто-то на ногу наступил, думаю: «А вот вчера мне звонил спонсор Дима, обещал помочь на операцию ребенку…» Сразу как-то легче становится.

 
 

Вечером, когда замолкает вечно трезвонящий телефон, когда уже не придет с просьбой ни одна мама, когда закончена возня с бумажной отчетностью, Настя пишет свои «крики» о помощи. Выбирает того, чья дата отъезда на реабилитацию приближается, или того, кому срочно нужны дорогие медикаменты. Или просто сообщает, что сейчас трое или четверо ребят, которым нужно помочь не завтра, а уже вчера, и выбрать кого-то из них совершенно невозможно.

 
 

Сегодня я, выходя из маршрутки, обнаружила на тротуаре мужчину без сознания, изо рта шла пена. Его видели десятки прохожих, кто-то вызвал неотложку, но кроме меня, только одна девушка осталась дождаться скорой и попытаться помочь человеку. Он пришел в себя и даже не помнил, что с ним приключилось, пришлось убеждать его поехать в больницу обследоваться… А с девушкой мы разговорились. Знаешь, кто она? Волонтер «Верности»! («Верность» - днепропетровская группа защиты бездомных животных). Это я к тому, что если человек волонтер, то он помогает везде. Это идет изнутри, просто как неотъемлемая потребность.

 
 

Бывает, волонтерами становятся не просто от филантропического взгляда на мир. Когда жизнь гнет человека в бараний рог и он понимает, что остался бы совершенно один в беспросветном мраке, если бы не эти ребята из благотворительного фонда… он начинает и сам помогать другим.



Когда требуется срочно отвезти в больницу медикаменты или подгузники, ищем волонтера с машиной, который бы мог помочь. Наша служебная машина чаще всего занята где-нибудь на выезде, не менее важном. Публикуем объявление на форуме, и обычно сразу находятся помощники. А в последний раз что-то никто не рвался. И вот позвонила во вторник одна мама умершего ребенка, предложила электроотсос, ведь кому-то он необходим, а им уже не нужен. Повесила трубку, а потом набрала номер опять: «Ой, я совсем забыла: вам же нужно было медикаменты в больницу отвезти. Я отвезу!»

 
 

Я слушаю Настю и думаю, что она существует в каком-то совсем особенном мире. Мире, где со смертью здороваются за руку. Где мамы, недавно похоронившие детей, способны думать о других, живых детях. Где врачи сообщают вдруг об улучшениях, когда не было никакой надежды. Где не пожелавшие представиться люди способны передать для незнакомого ребенка сумму в долларах с несколькими нулями. Где всерьез, не шутя, отдают десятину из своих доходов. Где происходят такие вещи, которые очень хочется назвать громким словом «чудо».

 Беседовала Ольга ЛЕВЧЕНКО

www.pomogaem.com.ua


скачать шаблоны для dle 10.3Финансовый портал как заработать на forex

Ты можешь помочь, не оставайся равнодушным!

Пожертвовать Волонтерство гуманитарка Установить копилку